Итоги голосования:
1. Kyouraku Shunsui - 3
2. Urahara Kisuke - 3
3. Kurosaki Ichigo - 4
4. Arisawa Tatsuki - 0
5. Ichimaru Gin - 11
6. Kuchiki Rukia - 8
7. Hirako Shinji - 3
8. Hinamori Momo - 0
9. Ulquiorra Cifer - 3
10. Morana Tamuromaro - 0
11. Nnoitora Gilga - 0
12. Itami Ivan - 3
13. Inoue Orihime - 1
14. Kuchiki Byakuya - 0
15. Kurosaki Isshin -  6
16. Szayel Aporro Granz - 0
17. Shiruba - 2
18. Izanami Kandzi - 0
19. Grimmjow Jaegerjaquez - 2
20. Abarai Renji - 5
21. Kugo Ginjo - 2
22. Dokugamine Riruka - 1
23. Kurotsuchi Mayuri - 0
24. Urahara Kisuke - 3
25. Shihōin Yūshirō - 3
26. Izanami Izumi - 0
27. Walter Shvimm - 0
28. Nero Averus - 0
29. Chiharu Hoshi - 5
30. Muguruma Kensei - 0
31. Ushoda Hachigen - 0



Код:
<!--HTML-->
<style>
#gossapp {width: 550px; padding: 5px; background-color: #f1f1f1;}
.gossappl {padding: 3px; background-color: #fff; border: 1px solid #e0e0e0; height: 175px; width: 340px; overflow: auto;}
.gossappr img {background-color: #fff; border: 1px solid #e0e0e0; padding: 5px;}</style>

<center>
<div id="gossapp" style="background-color: USER GROUP COLOR HERE;">
<table><tr>
<td width="65%"><div class="gossappl"><div class="gossappw">
Гин не знает, сколько времени прошло – дни тянутся длинной лентой, одинаковые и мерзкие. Сознание возвращается нехотя: сначала он не помнит себя, а после – не хочет помнить. Где-то там, внутри, отчетливо чего-то не хватает, будто клинок Айзена вырвал не кусок мяса, а кое-что поважнее – Гин усмехается сам себе, перебирая пальцами теплые, золотистые солнечные лучи; он не сломан внутри, но явно понимает, что с ним что-то не так. Может быть, дело в том, что он и не рассчитывал оставаться в живых – хотел закончить одним смертоносным броском, отсекая собственную линию жизни красным росчерком; завершить с целью и забыть обо всем. Гин не знал и не умел жить как-то иначе, не понимал теперь, что ему с собой делать; он отвык жить без этого едва заметного гнетущего чувства в груди. Пригибаться, делать шаг тише, выжидая подходящий момент для нападения – больше сотни лет. Мог ли он теперь быть самим собой? Существовал ли он сам когда-нибудь?<br>
Урахара Киске не задает лишних вопросов, хотя Гин чувствует – ему хочется. Сам он не говорит и слова – растягивает губы в привычной улыбке, вежливо, свистяще благодарит и старается быть максимально учтивым. В любой другой момент он бы захотел, наверняка, запустить в этого странного шинигами руки – вытащить наружу всю подноготную, стащив кожу и раскорчевав хрупкое сознание; Урахара Киске был интересным, а Гин обожал забираться в чужую голову. Но сейчас дело было даже не в том, что тело восстанавливалось мучительно медленно – больше в том, что мир вокруг стал отчетливо непривычным. Будто кто-то перевернул все вверх дном – Гин качает головой, к месту вспоминая своего первого капитана. Да, он бы мог такое устроить.<br><br>

Правда, когда он снова оказывается в Сейрейтее, становится легче – чужие презрительные взгляды прикипают к лицу; в них – страх, удивление, отвращение и даже капелька восхищения. Это привычно и приятно – Гин накидывает на плечи свеженькое капитанское хаори и отвечает на каждый взгляд широкой ухмылкой; тянет гласные, интересуясь, как погода – шинигами откидываются общими фразами и пытаются побыстрее сбежать. Кира не находит для него слов – отмалчивается первые дни, поглядывая растерянно и испугано. А тогда, когда Гин привычным движением опускает ладонь на его макушку, произнеся что-то колючее – вздрагивает и спешит уйти.<br>
Гин отзывается на это легким смешком, щелкает костлявыми пальцами и качает головой; все так, как должно было быть. И это правильно.<br>
Он не ищет встречи с Рангику – не хочет искать. Рангику будет задавать вопросы, пытаться заглядывать в глаза и снова стараться забраться поглубже, чтобы понять; а ведь Гину совсем нечего ей сказать. Он не хочет объяснять, не хочет открывать своих собственных тайн; Гин помнит, как она плакала там, в поддельной Каракуре – и как ее слезы прожигали ему кожу. Рангику впивалась пальцами в его ладони, звала, звала, звала, и все это было такой плохой шуткой, такой ужасной шуткой. Так уж вышло, что вся его жизнь стала этакой плохой шуткой – с плоской широкой улыбкой и внимательным прищуром. <br>
Все должно было закончиться, если честно. Но так случается, что они все-таки встречаются – он чувствует ее, затем – видит. Рыжеватые волосы растрепались по плечам, на лице застыло странное выражение – что-то между смятением и какой-то странной, болезненной радостью. Красивая, как и всегда; Гин никогда не считал себя вправе прикасаться к такой красоте – и каждый раз старательно нарушал им самим же и возведенное правило.
Солнце опускается над низкими крышами, укладывая на землю лиловатые тени. Время замедляет шаг – крадется тихо, будто бы чего-то ждет. Гин понимает, что бежать – бесполезно, а потому улыбается, привычно щурясь, и делает какой-то странный жест рукой, разворачивая длинную, сухопарую ладонь.
<b>– Рангику-чан, </b>– Гин тянет имя на языке, произнося его с привычной, ехидной ноткой, <b>– Я так рад тебя видеть.</b><br>
Улыбается так, что у кого-то иного свело бы лицо. Несколько шагов, чтобы подойти ближе, поднять ладонь, ловя пальцами светлую прядь; он застывает так, только перебирая на подушечках мягкое рыжее золото. Ему всегда нравились волосы Рангику – настоящее солнце, пряжей распадающееся по плечам. Так что… Может же он позволить себе глотнуть немного прошлого?
Он знает, о чем Рангику будет спрашивать. Знает так же и то, о чем она хочет спросить, но никогда не решится. Впрочем, Гин точно так же не захотел бы на этот вопрос отвечать – ведь Рангику и сама прекрасно знает ответ.
Таким дням не суждено повторяться.
</div></div></td>
<td width="35%"><div class="gossappr">
<img src="http://bleach-z.ru/uploads/000e/9d/8b/42774-1.png" /> </div></td></tr>
<tr>
<td width="65%"><div class="gossappl"><div class="gossappw">
Матовый черный полумесяц несется на меня, а я смотрю на него и не могу поверить в то, что это делает он - человек, которого я безумно люблю и, вероятно, который любит меня. Уворачиваюсь лишь в последний момент и ощущаю полыхающую боль чуть ниже плеча - он меня все-таки задел. <br>
Форма пропитывается кровью, а рваные края одежды касаются раны. От боли сводит мышцы, <i>" - видимо, сильно рубануло,"</i> - но у меня нет времени перетягивать руку, поэтому я просто пытаюсь избавиться от судороги, пару раз дернув рукой. <br>
<i>"Кажется, становится получше."</i>
Несмотря на ранение, я все-таки нахожу в себе силы на заклинание. Я тут костьми лягу, но добьюсь своего. Думаю, моя жизнь того стоит.<br><br>

<i>"Мне должно хватить времени, чтобы поговорить с ним. Лишь бы этот придурок не начал вытворять что-то."</i> - У меня нет четкого плана действий относительно "вербовки" Куросаки и подавления его силы пустого, но я точно знаю, что хоть что-то должна сделать - элементарно обычными словами попробовать его заставить взять себя в руки, вновь стать "Королем". Он уже делал это и не единожды. Так что же мешает сделать вновь?<br><br>

Все еще держа визуальную связь с Арранкаром, я вкладываю как можно больше духовной силы в действие заклинания. Я не позволю ему разрушить связь, связывающую нас, не позволю снова сделать так, чтобы он - Куросаки - находился на задворках сознания. <br>
Эта жизнь изначально была дарована ему, а мой навязанный самой себе крест - оберегать этого идиота от всех напастей. Я ввязала временного шинигами во все проблемы, мне и вытаскивать, а я вытащу. <br><br>

Дождь усиливается, становится невероятно холодно. Такое чувство, как будто рядом со мной стоит сама Соде но Шираюки, сотканная из льда. Я чувствую ее присутствие, чувствую ее жажду крови. <i>"Я знаю, но мы не можем его убить, Соде но Шираюки. Прости меня!"</i> <br><br>

Я не позволю себе убить Куросаки, пока не смогу убедиться в том, что ситуация неисправима. Да, все еще цепляясь за надежду, я лишь лишний раз оттягиваю неизбежное, даже начинаю думать о том, что мы с ним правда поубиваем друг друга, пока глаз не начинает улавливать заметные метаморфозы во внешности Куросаки. <br><br>

<i>"Борись!"</i><br><br>

Твоя реакция оказывается лучше моей: не дав мне и слова сказать, ты хватаешь меня за руку и закидываешь в Сейкамон.<br><br>

<b> - Идиот! Как ты смеешь так поступать со мной, придурок?!</b><br><br>

Ругательства слетают с уст одно за другим - я прихожу в ярость. Ты не дал мне и слова вставить, просто сделал так, как ты считаешь нужным, опять не считаясь с чьим-либо мнением. Неужели я бы пришла сюда просто так, не желая помочь тебе? Неужели я бы оставила тебя тут, увидев вместо Тебя Пустого?<br><br>

Скажи мне Ичиго, за кого ты меня принимаешь? Я всегда приходила тебе на помощь, я всегда была готова на всё ради тебя, но ты как обычно пренебрегаешь этим, опрометчиво надеясь на то, что у тебя что-то выйдет. 
Идиот. <br>
Порой мне кажется, что я тебя ненавижу за эту твердолобость, но тем не менее, я тебя безумно люблю. 
Правда ли, что от любви до ненависти один шаг? Видимо, нет. <br><br>

Приземлившись в туннеле, я пытаюсь вернуться обратно, но двери захлопываются именно перед моим носом. Последнее, что я вижу перед этой гнетущей тьмой - это твое испуганное лицо и дождь. Кажется, эта картинка останется навсегда перед моими глазами. <br><br>

Упав на колени, я не сдерживаю слез. <br>
Я не смогла тебе помочь. <br>
Не. Смогла.<br>
Кто я после этого? <br><br>

Я же знаю, что он тебя убьет из-за того, что ты отпустил меня, а может он сделает еще лучше и даст тебе возможность наблюдать мою смерть, потому что я все-таки смогла добиться желаемого, пусть и за счет Магии Демонов?<br><br>

Вариантов - масса. <br>
Лучше от этого мне не становится. <br><br>

Сколько я там просидела - не знаю. Глаза болят от слез, а на щеках как будто чувствую соль; неприятно. Медленно поднимаюсь, отряхиваюсь. Грязными, намокшими от дождя рукавами пытаюсь стереть следы слез с лица и направляюсь к концу туннеля. <br><br>

Как я после такого фиаско посмотрю в глаза Нашим друзьям?
</div></div></td>
<td width="35%"><div class="gossappr">
<img src="http://i.imgur.com/Q1z9lZd.png" /> </div></td></tr>
<tr>
<td width="65%"><div class="gossappl"><div class="gossappw">
Разъедающие душу рыдания Юзу, жалящий в сердце нарочито спокойный голос Карин и тяжелая складка на переносице Ичиго. Ежегодный кошмар на яву. Им не объяснить, что Масаки бы рассердилась... Она была центром их шумной семьи и, исчезнув столь рано, оставила зияющую пустоту. Но Иссин не сдается. Ведь когда-нибудь ему придется держать ответ перед женой за жизни их детей.<br>
- <b>Хой-хой-хой, время веселиться! - </b>Неуместные горячие аплодисменты и улыбка во все тридцать два. - <b>Устроим традиционный турнир "Домино с надгробными плитами"! </b><br>
Громкий голос, фальшиво-искренний азарт в глазах. <br>
-<b> Целых два часа и тридцать минут</b>, - Иссин понизил голос до заговорческого шепота, склоняясь над дочерьми, но тут же вновь заорал, что есть мочи, -<b> БУДЕМ ЧИНИТЬ УМОПОМРАЧИТЕЛЬНЫЙ БЕСПРЕДЕЛ ВО ИМЯ МАСАКИ-И-И!</b><br>
За что немедленно получил коронный удар от Карин. Девочка растет: с каждым разом мощь отрезвительного пенделя увеличивается, улучшается меткость - впору гордиться дочуркой, коли бы целилась не в родного отца. Правдивости ради Иссин поддается и картинно падает наземь, рыдая в голос как герои любимых мультфильмов его Юзу. Краем глаза замечает тень улыбки старшей дочери и втайне довольно ухмыляется. <br>
- <b>МАСАКИ-И!</b> - это прозвучало бы жалобно, если бы не так громко. - <b>У КАРИН ПРЕВОСХОДНЫЙ УДАР! Не то, что Ичиго</b>, - совсем уж не мужественное хихикание. Чего только не сделаешь ради... их спокойствия. <br>
-<b> А теперь еще раз! Устроим....</b><br>
Эксклюзивный спектакль Куросаки Иссина продолжался не меньше часа: он яростно отжимался, выкрикивая какую-то несуразицу, убегал от пылающей праведным гневом Карин, смешил Юзу и пытался достучаться до Ичиго, атакуя сына со всех сторон в, казалось бы, самые неожиданные моменты. И кто сказал, что комедиантам легче прочих актеров? Ломать комедию не легкая задача: заразительно смеяться со сцены, когда на душе скребутся кошки, - высший пилотаж. Дурачиться у могилы жены перед взрослыми детьми... все равно что пытаться рассмешить смерть. Да только это уже не игра. <br>
Погода заметно ухудшилась, всерьез вызывая опасения подхватить простуду. Подсуетившись, горе-отец надоумил девочек уйти домой первыми и, воодушевленный победой, хотел было спровадить и Ичиго. Но напомнивший о себе деликатным покашливанием монах разбил флеш-рояль, заменив разменную карту. Иссин непривычно смиренно кивнул - едва заметно дрогнула широкая улыбка. Брови сдвинулись к переносице, образуя тяжелую складку - точь в точь как у Ичиго, разве что борозды глубже. <br>
<i>"Солнце мое, взгляни на меня....</i><br>
.... В тот день также отчаянно барабанил дождь, создавая зыбкую завесу, но... Взъерошенная копна огненно-рыжих волос обрамляла побледневшее лицо. Ее улыбка - ярче тысячи сияющих солнц. Феноменальная искренность каждого жеста - совсем еще девчонка. 
Светлый образ навечно въелся в память; и столько времени спустя -<i> единственная</i>. <br><br>

<i>Моя ладонь превратилась в кулак" ©</i><br><br>

Иссин редко отказывался от ставшего родным, словно вторая кожа, амплуа Арлекина, но равнодушный дождь капля за каплей смывал фирменную улыбку беззаботного отца семейства. Короткий разговор с местным священником избавил от необходимости предстать перед дочерьми опустошенным стариком, но вряд ли спасет от сына - Иссин понимал неизбежность тяжелого для них обоих разговора, но каждый раз силился оттянуть мгновение истины, тушуясь и подыскивая нелепые в своей устарелости оправдания. Трудно. Слишком странно. Страшно. 
Иссин остановился в десятки метров от могилы жены, всматриваясь сквозь пелену дождя в спину собственного сына. В голове крутились вопросы, свойственные каждому родителю: <i>"Когда он так повзрослел? Разве во время зимней битвы его спина была такой широкой?"</i> Даже держась на расстоянии, он чувствовал... Время пришло. С того дня Ичиго не задал ни одного вопроса, терпеливо ожидая, веря в обещание неудачника-отца. Тяжелый вздох сорвался с губ. Шаг вперед дался необычайно легко. <br>
Старый монах одолжил сигарету. Вставая справа от сына, Иссин уверенным жестом чиркнул кремнием, вызывая трепещущее пламя. Глубоким затягом прикурил, почти умиротворенно выпуская сизый клубок дыма. Позабытая горечь неприятно обожгла нутро: все-таки год - это слишком долго для земной жизни. <br>
<i>"Ты говорила, что с сигаретой в руках я выгляжу невероятно крутым"</i>. Сильный вдох могучих легких, вобрать никотин в себя, выдыхая через пару секунд вместе с дымом частицу излишне личных воспоминаний. <i>"Немного настоящего для тебя, Масаки. Теперь уже можно?"</i> Хмурый взгляд устремлен на надгробье с высеченным именем жены. <i>"А впрочем, ты же всегда видела меня насквозь, я не умел врать".</i> Выдох. Сизый дым защипал глаза, вынуждая отмахиваться свободной рукой. <br>
-<b> Ичиго... У тебя, наверняка, много вопросов</b>, - тихо, не оборачиваясь, начал Иссин, обрывая сентиментальную тишину, мрачными нитями соединяющую души отца и сына в этот эпохальный момент.

</div></div></td>
<td width="35%"><div class="gossappr">
<img src="http://i.imgur.com/cWyNKtY.gif" /> </div></td></tr>
<tr>
<td width="65%"><div class="gossappl"><div class="gossappw">
- <b>Какого… Какого хрена?</b><br>
Это единственная фраза, которую я смог сказать после увиденного. Нет, мне приходилось видеть пустых, и не раз. А арранкары – те, кто когда-то были пустыми, но являются более сильными существами – так я пережил с ними сражение. Но вот увидеть такое огромадное количество в пустых в обычном городе – для меня это было впервые. Даже у меня на пару мгновений исчез дар речи. Понимание того, что надо было остановить этот «карнавал», пришло ко мне сразу. Но легкий шок всё же был. Впрочем, я переживал и не такое. Я моментально схватил рукой свой занпакто и ринулся в атаку. <br>
- <b>Эй, новенькая! Нам нужно остановить эту чертовщину, но так, как их много, нужно действовать осторожно! Я пойду в атаку, а ты меня прикрывай!</b><br>
Мда, не такой я и хороший командир, как хотелось бы. Хм. Из уст Кучики-тайчо, звучало бы это намного лучше. Впрочем, сейчас не об этом. На данный момент, передо мной стояла явная задача – уничтожить всё то сборище пустых, которое внезапно решило разгуляться. Занпакто уже был у меня в руках, поэтому единственное, что мне оставалось…<br>
- <b>Реви, Забимару!!!</b><br>
После этого крика, я быстро провел рукой по лезвию своего меча от рукояти. За какие-то доли секунды, лезвие меча уже стало шире и отсегментованным. Понятное дело, что я моментально запустил свой занпакто в тройку пустых, умудрившись разрезать им всем их дыры пустых. Удачно, как для начала. Но дальше было всё намного интереснее. Уклонятся от ударов, конечно, приходилось, но в этот раз враги давили скорее количеством, чем качеством. Сражаться было сложно, но это была работа, как-никак. Затем, я стал замечать… Что я как будто сдерживал себя. Почему? Не знаю. А ведь это была просто кучка пустых – таких на раз-два можно разрубить напополам. <br>
<i>«Тс. Слабовольный болван. А ну сражайся как следует!»</i><br>
Именно так мне пришлось заводить себя. Подойдя к одному пустому вплотную, я тот час рубанул его. Его тело разлетелось на две части, после чего, крик за моей спиной подсказал мне, что я сейчас получу на орехи. Однако, мне в голову пришла уникальная идея – использовать кидо. Я быстро создал в руках большой красный шар, который вскоре взорвался вместе со мной. Пустого это явно удивило бы, но я же не просто бездарный шинигами в местной магии – я использовал это, чтобы оказаться сверху своих врагов. А затем, я использовал очередную технику своего шикая. <br>
<i>«Хигга Зеко».</i><br>
Мой меч быстро распался сегментами, после чего, те дождем упали на головы пустых. Кровавое месиво для оных было обеспечено. Я даже позволил себе улыбнутся. Но, что-то меня стало смущать. Почему-то, мне показалось, что на мне были… чужие взгляды. Рассмотрев дистанцию между мной и той кучкой монстров, что были измельчены моей атакой, я подождал, пока Забимару вернулся в исходное положение. За это время, я осмотрелся по сторонам. И заметил кое-что странное. Где-то там, в далеке, я заприметил чей-то силуэт. Духовного давление не учуял, поэтому тут было мало вариантов – либо эта персона скрывала его, либо это не персона и вовсе. Но кто, кроме шинигами, мог так запросто парить в воздухе, тем более, около Каракуры? Теперь меня стал интересовать именно этот вопрос. А, чёрт. Забыл. Пустые отказывались уменьшать свое количество. Дрянное дело – моя нынешняя вылазка.

</div></div></td>
<td width="35%"><div class="gossappr">
<img src="http://sf.uploads.ru/9p0sh.png" /> </div></td></tr>
</table></div></center>